Убрано препятствие с пути "параллельного самодержавия".

С увольнением Николая Николаевича убрано существенное препятствие с пути "параллельного самодержавия". Германофилы нашептывают ему о происках, могущих "привести к диктатуре Николая Николаевича, а может быть, и к его восшествию на престол. Из вагона выходит новый верховный главнокомандующий в сопровождении вновь назначенного (на место Н. Н. Янушкевича) начальника штаба - генерала М. В. Алексеева, который с марта того же года командовал Северо-Западным фронтом, а теперь отозван. Рядом со своей кроватью Николай позднее велел поставить койку для наследника, которого стал возить на фронт для показа войскам. Распутин, интригуя против Николая Николаевича, знал свою цель. Суть перемены: "Став верховным главнокомандующим, император тем самым утратил свое центральное положение, и верховная власть. Отныне царь сидит в Могилеве, за восемьсот верст от столицы, а в его отсутствие "с изумительной энергией принимается за дела", то есть полновластно распоряжается, Александра Федоровна, хотя "законных полномочий на это она не имеет, да и действует она по указанию Распутина, зачастую помимо или даже наперекор желаниям царя" . одни из них сами ездят (за указаниями) в Ставку, другие - в Царское Село; Села, Александра Федоровна доводит до сведения супруга его советы и наказы, переданные на расстоянии. По его рекомендации был назначен председателем Совета министров И. Л. Все они и им подобные получили свои должности лишь после того, как обязались перед Распутиным выполнять его личные требования и подчиняться его указаниям. На этой основе в годы войны было назначено и смещено около двадцати министров и несколько председателей Совета министров. Как бы само собой получается, что замешиваются в толпу гостей также дамы и господа, по различным обстоятельствам разъезжающие по районам фронтов, колесящие по расположению действующих армий. Руководит им посол в Швеции фон Люциус, по линии абвера тесно связанный в Берлине с кайзеровским обер-шпионом полковником Николаи. Как ни слабо поставлена русская контрразведывательная служба, но и она от времени до времени обращает внимание ставки царя на те же подозрительные обстоятельства. По приезде в молодые годы в Россию связался с "Союзом русского народа", сдружился с петроградским градоначальником фон дер Лауницем, издавал газетку "Голос русского". Своей квартиры в столице не имел, проживал в "Бельвю", где за перегородкой оборудовал приватное делопроизводство: здесь прятал добытые на фронте и в тылу военные документы, а также составлял по запросам из Германии справки о судьбе попавших в русский плен германских офицеров. Из последовавшего по этому случаю приказа можно было узнать, что генерал Епанчин "по повелению верховного главнокомандующего увольняется от службы без права ношения мундира за составление записки, в которой он, Епанчин, позволил себе изложить весьма секретные сведения военного характера". Летом года полковнику Николаи удается совершить одну из крупнейших диверсий периода первой мировой войны. Из книги же Симановича можно узнать, что Николай II, встревоженный упреками из Лондона, попросил Распутина "указать виновника гибели Китченера". Однако спасти обвиняемых оказалось трудным делом даже для Распутина, потому что арестованы они были по приказу Брусилова (командующего Юго-Западным фронтом), генерал же и слышать не хотел о представлениях в их пользу, даже идущих от царицы. Тот же Д. Л. Рубинштейн, глава Русско-Французского банка и страхового общества "Якорь", в году был арестован по обвинению в систематической передаче своим партнерам в нейтральных странах сведений о движении застрахованных в "Якоре" русских транспортов с военными грузами. От Распутина у царской четы не было государственных секретов, в том числе военных. "Наш Друг, - сообщает супругу в Ставку Александра Федоровна, - все молится и думает о войне. Несколько ранее Николай посылает из ставки своей супруге целое оперативное донесение об обстановке на фронте, в котором содержатся секретнейшие сведения. "Теперь, - пишет верховный главнокомандующий, - несколько слов о военном положении: оно представляется угрожающим в направлении Двинска и Вильны, серьезным в середине к Барановичам. Александра Федоровна сообщает Николаю: "Он (Хвостов. За полтора года (-) Александра Федоровна передала Николаю в Его должен слушаться сам император, которому, кстати, монархическая пропаганда создает ореол стратега, равного коему Россия в своей истории еще не знала. Полтора десятка лет учился Николай Александрович у виднейших профессоров империи, а теперь вот приходится ему принять к руководству распутинские каракули, и все, что от него, полковника и просвещенного европейца, в сем случае требуется, это "своими словами" изложить их смысл. Несколько ранее Александра Федоровна со ссылкой на рекомендацию старца писала в Могилев: "Неужели это правда, что наши войска снова находятся в верстах от Львова? И Николай в ответном письме никак не осуждает царицу за эти злобные нападки на маленькую страну - союзницу России. Царь равнодушно принимает недвусмысленный намек на то, что Вильгельм и Франц-Иосиф невиновны в развязывании мировой войны. Александра Федоровна - Николаю в Ставку: "Он О чем Александра Федоровна своевременно ставит в известность царя: "Наш Друг надеется, что мы не станем переходить через Карпаты и даже не сделаем попытки ими овладеть" . В один из весенних дней года, когда столь скупой на доверие к своему народу Николай сидел под стражей в Александровском дворце, фронтовая газета писала: Она опиралась на государыню, которая не могла забыть, что русский народ ведет войну с Германией, где ее братья и родственники. Немецкая партия хотела поражения России, мешала русской армии делать свое дело. Обнаружено, что эта партия находилась в сношениях с германским штабом и выдавала военные тайны. Но один из главных вопросов, волновавший общество и заключавшийся в подозрении, что царь под влиянием супруги, немки по крови, готов был к сепаратному соглашению с врагом - Германией, разрешился. Я убежден в этом в результате не только работы комиссии, но и в наблюдении его за период его заключения в Царском Селе. Вильгельм на немецком языке предлагал заключить сепаратный мир. По поручению Николая кем-то (положительно не могу вспомнить, кем именно) по-французски было сообщено Вильгельму, что государь не желает отвечать на его письма. "С помощью дорогой Анны (Анны Вырубовой) Александра занялась делом чрезвычайной важности - она принялась сжигать всю свою личную переписку, все письма Распутина, все свои дневники. Были сожжены многочисленные оригиналы совместных и раздельных обращений к Романовым их германских родственников, включая кронпринца и великого герцога гессенского. "Я считаю, - писал сын Вильгельма II герцогу гессенскому для передачи своей петроградской кузине, - что нам совершенно необходимо заключить с Россией мир". Созвучно последнему пожеланию, выраженному в столь изящном, типично гогенцоллернском стиле, Николая Николаевича, как известно, вышвырнули. Правда, в то же время Николай II заверяет антантовских послов в своей верности союзу. На приеме в Царском Селе по случаю наступления нового года он подзывает к себе Палеолога: "Господин посол, распространяют слух, будто я пал духом и не верю в возможность сокрушить Петрограде, что и зафиксировано марта того же года в секретной, так называемой поденной записи русского Министерства иностранных дел: " марта шведский посланник привез барону Шиллингу (советник МИД) полученный им из Стокгольма пакет, заключавший в себе письмо на имя государыни императрицы от М. А. Васильчиковой. Как оказалось, в это письмо было вложено другое, также от Васильчиковой, на имя государя, который марта переслал таковое министру иностранных дел) . Указав на тяжелое положение, в котором очутились Германия и Австрия, эти лица просили ее обратиться к государю императору, миролюбие которого общеизвестно, и умолить его прекратить губительную войну, ввиду того что в Германии и Австрии уже вполне убедились в силе русского оружия. В случае благосклонного отношения его величества к этому ходатайству уполномоченные от Австрии, Германии и России могли бы съехаться где-нибудь в нейтральном государстве, причем Россия могла бы рассчитывать на весьма примирительное отношение к ее пожеланиям" . Письмо, упоминаемое в поденной записи Министерства иностранных дел, было написано фрейлиной княгиней Васильчиковой февраля года. Но еще до ее появления Александра Федоровна сообщает в ставку супругу: Эрни - родной брат царицы Эрнст Людвиг Гессенский, великий герцог; Дэзи - шведская наследная принцесса Маргарет, приятельница Александры Федоровны; Документальными исследованиями советского историка К. Ф. Шацилло установлено, что весной года с ведома и личного согласия Николая II был послан в Германию специальный агент для переговоров с немцами. Он пробыл в Германии с мая по июня года, встречался с видными представителями кайзеровского правительства, немецкой разведки (в частности, с пресловутым Люциусом), вел с ними переговоры, о чем по возвращении официально доложил рапортом начальнику Генерального штаба генералу М. А. Так закончилась попытка установления непосредственного контакта между правящими кругами царской России и кайзеровской Германии весной года . Что и показала Александра Федоровна в следующих строках, обращенных к супругу: В премьерство Б. В. Штюрмера, выдвинутого Распутиным, германофильской группе удалось довести дело до фактического открытия в Стокгольме тайных русско-германских переговоров. Николая II - А. Д. Протопопов (прикрылся участием в парламентской делегации, приглашенной в Англию; Можно ли, однако, сказать, что Распутин был германским агентом в прямом и непосредственном смысле этого слова? "Если бы нашей внутренней жизнью и жизнью нашей армии руководил германский генеральный штаб, он не делал бы ничего другого, кроме того, что сделала русская правительственная власть, вдохновляемая Распутиным" . Весьма вероятно, что он, имея доступ к кошельку Романовых, самой богатой семьи в России, мог и не польститься на деньги германской разведки. Будучи по-своему верен Романовым, Распутин мог, им в угоду, продать и предать кого угодно: Антанту, кайзера или свою страну. До конца пребывания в звании императрицы не ослабляет свою бурную деятельность и Александра Федоровна. Надвигающуюся угрозу революции Александра Федоровна пытается приостановить заклинаниями и проклятьями в типичном для дармштадтских бюргеров духе презрения к "славянскому быдлу". Книга содержала тяжелую улику - собственноручное письмо царицы к Распутину, наводившее на мысль об интимной связи между ними. Убийство царской семьи. Письмо царицы к Николаю II от июня года. Цитируемые ниже письма Романовых - Николая II, Александры Федоровны и Марии Федоровны - находятся частью в советских архивах (например в Центральном государственном архиве Октябрьской революции в Москве), а частью на руках у различных лиц за рубежом. Приводимые ниже выдержки из писем Романовых на английском и немецком языках даны в переводе автора этой работы. Его поселили рядом с царской спальней, чтобы он спиритическими, гипнотическими и иными приемами намолил чете сына-наследника (после четырех дочерей). Минута колебания, затем комендант решительно пробирается по генеральским рядам к столу и, подойдя к верховному главнокомандующему, подает ему телеграмму с пометой: "Из Царского Села". Труп вытащили, внесли в сарай на берегу реки и покрыли рогожей, затем переправили в Чесменскую часовню, что на пути из Петрограда в Царское Село. Александра Федоровна успела сообщить супругу, что начатое следствие она велела прекратить "во избежание кощунственного скандала, раздуваемого врагами династии" , она уже просила Протопопова обратить жилище Распутина на Гороховой, , в музей, а одного из видных петроградскиx архитекторов - соорудить в Царском Селе мраморный мавзолей, куда не позднее лета года должен быть перенесен прах старца. Вся царская семья, кроме старшей дочери Ольги, отказавшейся от участия в церемонии, отправилась на проводы убиенного. В узком фамильном кругу, при погашенных огнях, забившись в дальний угол дворца, царская чета в скорби и молениях встречает рождество, а затем и новый, год. "Для того чтобы царская монархия могла развалиться в несколько дней, необходимо было сочетание целого ряда условий всемирно-исторической важности", на которые указал В. И. Ленин весной года в своих "Письмах из далека" . Предложение это ориентировало на переход от разрозненных стачек экономического характера к массовой политической борьбе, вовлекающей в революционное движение солдат, нацеленной на вооруженное восстание. Представляя сильнейшую партию революционного подполья, сохранявшую глубокие корни в толще пролетариата, они вносили в движение организованность, давали ему боевые лозунги, указывали революционную перспективу, крепили союз рабочих и солдат. В противовес меньшевикам - оборонцам, приглашавшим рабочих защищать Государственную думу, плестись в хвосте либеральной буржуазии, большевики звали пролетариат к стачкам и демонстрациям, на улицу, на открытую борьбу против самодержавия. Царь пребывает в Александровском дворце месяца два, приводя себя в душевное равновесие после похорон Распутина. За скорбью по усопшему старцу как-то подзабылось, что существует трехтысячекилометровый фронт, где по колена в снегу и грязи сидят под германской шрапнелью двенадцать миллионов солдат, и что он, император всероссийский, властвует над их жизнью и смертью в звании верховного главнокомандующего. руководил в этот период работой Ставки и за Алексеева, и за Николая II генерал В. И. Гурко). Февральская революция - это движение беспорядочных толп "инсургентов" и "мятежников", в разгар всемирной войны поднявших истошный вопль из-за какой-то хлебной корки; движение "копеечного утилитаризма" и "исторической бесшабашности", к которому подавляющее большинство населения и армии не причастно, в особенности не причастна армия, неколебимо стоявшая на защите страны, в то время как за ее спиной буйствовал из-за кренделя и сайки "окраинный сброд". Вечером на квартире рабочего И. Александрова состоялось совещание руководства петроградских большевиков. Определены два главных лозунга движения: свержение монархии и прекращение войны. Александра Федоровна сообщила телеграммой из Царского, что сын и две дочери заболели корью. Петроградский военный округ был выделен из Северного фронта, куда входил во время войны, в особую единицу и поставлен под командование Хабалова, получившего широкие права. В Мариинском дворце, как обычно по пятницам, заседает Совет министров. Предусмотрены: братания рабочих и солдат; меры к тому, чтобы движение петроградского пролетариата нашло отклик по всей стране. В этот день "большевики, рискуя жизнью, проникали в казармы, беседовали с солдатами или организовывали демонстрации возле казарм, провозглашали революционные лозунги, словом, пользовались каждым удобным случаем, чтобы призывать солдат к единению с рабочими" . Протопопов же, по словам министра иностранных дел Н. По решению петроградского руководства партии большевиков всеобщая политическая стачка начинает переходить в вооруженное восстание. В этот день -я рота запасного батальона Павловского полка, возмущенная участием учебной команды полка в расстреле рабочих, подняла восстание, вышла из казарм и открыла стрельбу по отряду конных городовых. Поскольку Хабалов явно теряется, решено направить в помощь ему начальника Генерального штаба генерала Занкевича. В разгаре вооруженное восстание, к которому призывала партия большевиков. Большевики распространили в виде листовки Манифест ЦК РСДРП "Ко всем гражданам России" - один из важнейших политических документов тех дней, провозгласивший требования демократической республики, прекращения империалистической войны, установления восьмичасового рабочего дня, конфискации помещичьих земель. Сформированный из рот и полутора эскадронов с -ю пулеметами отряд под командованием полковника Кутепова брошен в атаки на район Таврического дворца; Родзянко спешит в Таврический дворец, где через совет старейшин проводит решение: указу царя подчиниться, но из дворца не уходить, оставаться на своих местах в разных помещениях. Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов. в другом - представители буржуазных политических групп, с первых часов революции направившие свои усилия на спасение монархии, на сохранение у власти династии Романовых. Создав Совет рабочих и солдатских депутатов, "петроградский пролетариат сорвал попытки Временного комитета Государственной думы установить после победы революции единовластие буржуазии. Образовалось крайне своеобразное переплетение двух властей, двух диктатур - диктатуры буржуазии в лице Временного правительства и революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства в лице Петроградского Совета" . Это было одно из коренных противоречий Февральской революции - противоречие между буржуазией, образовавшей Временное правительство, и рабоче-крестьянскими массами, создавшими Петроградский Совет. Не веря в творческие возможности пролетариата, не понимая значения создаваемых им новых органов власти, меньшевики боялись оторваться от либеральной буржуазии, пойти против нее. В итоге в руководстве Петроградского Совета сложился меньшевистско-эсеровский блок, который вместо борьбы за дальнейшее развитие революции повел линию на добровольную передачу власти буржуазии. Временный комитет Государственной думы делает все возможное, чтобы использовать ее в своих, промонархических целях, выиграть время, вынудить Николая II пойти на уступки "ему же во благо". Буржуазия в лице родзянковской группы стремится захватить безраздельное руководство революцией, чтобы приглушить, притормозить ее, вывести из-под удара династию Романовых, может быть, пожертвовав для этого Но тем же "вздором" засыпают его и другие: брат Михаил, прочие родственники, кое-кто из генералов и министров, наконец, премьер Голицын. Только в Адмиралтействе еще сидят, занимая последнюю линию обороны, военный министр Беляев, Хабалов и начальник Генерального штаба Занкевич. Они слышат, как в соседней комнате Беляев диктует телеграмму в адрес начальника штаба Ставки - копия дворцовому коменданту: "Ждем скорейшего прибытия войск". Начальнику штаба Ставки: " февраля года. Его императорскому величеству благоугодно повелеть доложить Вам, для поставления в известность председателя Совета министров: Петрограда на Царское Село", она намерена вместе с детьми выехать в Могилев. По указанию царя Воейков ответил Бенкендорфу, что Александре Федоровне выезжать не следует, так как "его величество сам отбывает в Царское Село". Вслед Воейков посылает шифрованную телеграмму, в которой предупреждает Протопопова о том, что Николай прибудет в Царское в среду марта в часа минут дня. Этот шаг царя некоторые западные авторы, в их числе бывший глава британской военной миссии в Могилеве, осуждают, как "первый совершенный его величеством неосмотрительный и почти безумный шаг к гибели собственной и к гибели своей семьи" . Воейков) вполне оправдывают этот его отъезд из Ставки - царь, говорят они, не без оснований надеялся, что с кратчайшей царскосельской дистанции, с помощью Иванова, ему удастся восстановить утраченный контроль над столицей, - другие (Хэнбери-Уильямс, Фрэнклэнд, Альмединген, Александров) утверждают, что решение оставить Могилев "было последней и наиболее нелепой его ошибкой за все время его правления" . Ибо, пока он "укрывался" в центре -миллионной армии, он был и лично неуязвим, и располагал необозримыми средствами для борьбы за возвращение к власти; Названные авторы прикидываются, будто не знают, что в Петрограде на сторону народа перешел почти весь гарнизон, а в Могилеве генералы с затаенным ужасом ожидали, что с часу на час перейдут на сторону революции и фронтовые соединения. Рабочие и солдаты объединялись в боевые отряды, которые, действуя, как правило, под руководством передовых пролетариев, громили полицейские участки, захватывали правительственные учреждения, открывали двери тюрем, разоружали офицеров, арестовывали министров. В подкрепление Иванову выходят на Царское, в пункт сбора карательных войск, с Северного фронта батальоны -го Тарутинского и -го Бородинского полков; В часа дня в опустевшем здании Адмиралтейства революционные солдаты обнаруживают и берут под арест Хабалова.