Александром Македонским против его фаланги
Александром Македонским против его фаланги
Александром Македонским против его фаланги они всегда выставляли греческих наемников-фалангистов.
Именно по этой причине полководцы и старались поставить свою фалангу так, чтобы она выступала за край неприятельского фронта, и таким образом охватывала угол и часть фронта врага.
Чтобы избежать углового охвата своей фаланги, Эпаминондом был придуман так называемый "косой боевой порядок", когда слабый фланг построения, в зависимости от обстоятельств, отодвигался от противника.
Собственный же ударный фланг, построенный с расчетом охвата вражеского угла, выстраивался как можно ближе к противнику, и тот просто не успевал добежать до слабого места фаланги Эпаминонда и охватить его.
Сражаясь верхом, греки лук не использовали, основным оружием кавалериста были копье (или дротики) и меч.
Ксенофонт, автор работ "О коннице" и "О вождях конницы", писал, что он предпочитает два коротких дротикадля всадника одному длинному копью: один дротик можно метнуть во врага, а другим колоть во все стороны.
сторона же, изображающая противника, вооруженная затупленным оружием (также копьями или дротиками), подъезжала на дальность броска или удара и использовала свое оружие.
Но, видимо, тактика боя в конном строю была еще несовершенна, и колонну всадников приходилось прикрывать с флангов легкой пехотой.
"Противники Эпаминонда придали коннице такую же глубину, как и строю тяжеловооруженных, выстроили ряды ее тесно один за другим и не приставили к ней пехотинцев, сражающихся вместе с конницей.
Первую шеренгу и фланги составляли гетайры (или катафракты), хорошо защищенные доспехами (кони их, вероятно, также были снабжены броней) и вооруженные щитами и копьями средних размеров.
Эти воины пользовались сарисами на нижнем уровне - от бедра или груди и старались поражать либо вражеских лошадей, либо пехотинцев.
Щитов сарисофоры, скорее всего, не имели, так как сарису надо было держать двумя руками, и щит мешал бы управлять конем и пользоваться оружием.
Недостатком конной фаланги была неспособность всадников задних шеренг создавать напор на передние, как в пехоте.
Интересно описывает Арриан конную рукопашную схватку, в которой участвовал сам Александр Македонский:
Греческие гимнеты действовали в бою, так же как и пехотинцы более древних народов, но греки ввели понятие средней пехоты - пельтастов (от названия щита - "пельта").
При таких обстоятельствах лучник и пращник еще опаснее для гоплита, но пельтаст имеет то преимущество, что в крайнем случае все-таки может вступить и в рукопашный бой.
пельтаст годен для всего, он бросает издалека копье, легко передвигается вперед и назад и имеет в своем щите (и легких доспехах) достаточное прикрытие на случай рукопашной борьбы".
В тот момент, когда фаланга была "расчленена" на составные части, эти воины имели возможность в промежутки выбегать вперед и действовать дротиками, как аконтисты, а затем отходить на свои места под прикрытие гоплитов (по той же схеме действовали македонские конные димахосы).
Любопытно описание Ксенофонтом боя между спартанскими гоплитами и всадниками и афинскими пельтастами в "Греческой истории":
В то время, каклакедемонские гоплиты отступали в беспорядке, так как они нападали с величайшей быстротою, воины Ификрата опять повернули назад и стали метать дротики с фронта, а, кроме того, другие пельтасты подбежали с фланга, поражая невооруженные части.
Попытки персидской пехоты атаковать правильный строй с холодным оружием, как правило, заканчивались неудачей.
На рисунке, приведенном Е.А. Разиным в -м томе "Истории военного искусства" эти воины изображены с оружием, но опять-таки без защитного вооружения.
Воины-катафракты представляли собой грозную силу во время рукопашной схватки, но бились они каждый сам по себе.
самый же ремень от копья собранный привязывается к верху ноги лошадиной, которой в сражении не только не убавляет силы, но притом делает помощь руке конного, коему оставалось единственно бросать прямо и метить.
Сила персидских кавалеристов была в том, что как легко, так и тяжеловооруженные, они искусно владели луком, и стрелами наносили большой урон плотным построениям.
Судя по описанию хода этих битв в книге Арриана, можно предположить, что еще первая из них могла завершиться полным разгромом македонских войск.
"Раньше римские войска имели круглые щиты, но затем, после того как войско стало получать жалование, оно заменило круглые щиты продолговатыми.
Триарии выстраивались позади своих знамен, вытянув левую ногу, плечом они опирались на щиты, а копья с поднятым вверх острием держали воткнутыми в землю, представляя собой боевую линию, как бы защищенную укреплением.
Вот другой пример: "Враги были еще далеко друг от друга, когда нумидийских всадников, скрыв под панцирями мечи, помчались к римлянам, знаками показывая, что хотят сдаться в плен.
Им велели расположиться в тылу, и, пока битва только разгоралась, они спокойно выжидали, но, когда все были уже поглощены боем, внезапно выхватили спрятанные мечи, подобрали щиты, валявшиеся повсюду между грудами трупов, и напали на римлян сзади, разя в спину и подсекая жилы под коленями" .
Крайние же ряды могут обойти с фланга части противника, производящие фронтальный удар, и атаковать их сбоку, то есть с правой незащищенной стороны, остающейся при таком нападении открытой.
Каждая манипула была способна вести бой сразу на три стороны, а в случае необходимости она, по команде, сближалась с соседним отрядом, уничтожая на пути врагов, в ходе боя оказавшихся в интервале.
Македонские фалангисты точно также, стремясь сблизиться с легионерами в рукопашной, заполняли промежутки между манипулами, тем самым разрывая и нарушая строй собственной фаланги.
Так как солдаты пускали свои тяжелые копья сверху, то они без труда пробивали неприятельскую фалангу, а затем обнажили мечи и бросились в атаку.
Большой помехой в бою для галлов было то, что римские копья иногда одним ударом пробивали несколько щитов сразу и таким образом пригвождали их друг к другу, а когда острие загибалось, то его нельзя было вытащить, и бойцы не могли с удобством сражаться, так как движения левой руки были затруднены;
Это оказалось бы невозможным, будь легионеры выстроены фалангой: в этом случае пришлось бы отражать натиск врага слишком узким фронтом, который легко можно охватить с флангов, Вот другой отрывок.
В нем описывается момент, когда римские войска, отбиваясь со всех сторон от наступающего врага, выстроились в каре, тем самым полностью лишив себя маневренности.
О процессе рукопашного боя в римской армии можно сказать следующее: Всем давно известно, что легионеры непосредственно перед схваткой бросали в неприятеля короткие копья - пилумы (вероятно, такая техника боя была ими заимствована у иберийских племен).
Автор не учитывает, что при таком порядке действий отдельные бойцы и шеренги будут уничтожаться друг за другом, поскольку окруженные со всех сторон воины не смогут вести рукопашный бой в одиночку.
Второй ряд строя вооружать пилумами было нецелесообразно, так как воинам нет места для размаха, а кроме того, первая шеренга легионеров оказалась бы лишенной поддержки, которую могла бы обеспечить ей вторая шеренга, будь она вооружена обычными копьями.
Пока воины первого ряда будут использовать свое оружие, враги успеют преодолеть такое расстояние и у второй шеренги просто не останется времени метнуть дротики.
первая шеренга легионеров, использовав пилумы, выхватывает свои мечи - "гладиусы" и, прикрывшись щитами - "скутумами" - встречает врага коротким холодным оружием.
Вторая шеренга наносит удар копьями от бедра или груди в промежутки между воинами первого ряда, третья шеренга - от головы, через плечи впередистоящих.
Воинам, действующим копьями "гасталонга", было неудобно использовать скутумы, так как работать приходилось двумя руками, поэтому, скорее всего, их вооружали небольшими круглыми щитами - центрами, для защиты от стрел, дротиков и камней.
Щит такого размера годился и для первой шеренги, поскольку прикрывал воина от шеи до середины голени и избавлял его от необходимости надевать в бой поножи, и для последующих рядов, потому что не мешал им двигаться и действовать в тесноте.
Воин-мечник первого ряда использовал туже технику боя, что греческий и македонский гоплит, больше действуя щитом, чем мечом.
наоборот, при колющем ударе достаточно вонзить меч на дюйма, чтобы рана оказалась смертельной, но при этом необходимо, чтобы, то чем пронзают, вошло в жизненно важные органы.
колющий удар наносится при прикрытом теле и ранит врага раньше, чем тот успеет заметить.
Дело в том, что, хотя воинов и обучали индивидуально приемам боя на мечах и на копьях, вооружение их не было приспособлено к такой манере схватки.
Галл или германец, имея более длинное ручное оружие - меч или топор, небольшого размера щит и, в большинстве случаев, неотягощенный доспехами, имел явное преимущество перед римлянином, поскольку мог свободно маневрировать вокруг него, держа противника на расстоянии длины своего оружия, которое римлянин не мог перекрыть, чтобы достать врага гладиусом.
Появившийся на вооружении легионеров доспех "лорика сегментата" (широко распространившийся при императоре Тиберии), хотя и выдерживал за счет своей жесткой конструкции удары булавы или топора, но больше стеснял движения воина, в отличие от кольчужной "лорики хоматы", так что в индивидуальных схватках шансы легионера выжить уменьшались.
Когда же наступал момент рукопашного боя, наверняка бойцы становились плотнее друг к другу: во-первых, чтобы увеличить число сражающихся на минимальном участке длины фронта, во-вторых, чтобы увеличить силу удара за счет большей плотности массы, а в-третьих, интуиция подсказывала воинам, что искать поддержки следовало у стоящего рядом товарища.
О римской коннице можно сообщить, что она никогда не представляла собой такой грозной силы, как, скажем, македонская или парфянская.
Римляне были плохими кавалеристами и для отрядов этого рода войск нанимали нумидийцев, иберов, галлов, германцев, славившихся своим умением сражаться верхом.
Кроме доспеха и шлема, всадник имел овальный или круглый щит, которым было удобно пользоваться верхом, два дротика или копье, а также меч - "спату" или "полуспату".
По мере того, как Римская империя приходила в упадок, в рядах ее армии становилось все больше наемников-варваров, как в пехоте, так и в коннице.
В последней крупной победе Западной Римской империи на Каталаунских полях в году подавляющая часть армии состояла из наемников.
": "Первая шеренга состоит из старых солдат, принципов, вторая из снабженных латами лучников и вооруженных дротиками или копьями прежних гастатов.
Третья и четвертая шеренги образуются легкой пехотой, состоящей из молодых солдат, вооруженных луками, пращами, дротиками.
Они завязывают бой, выдвигаясь в голову легиона, преследуют совместно с кавалерией противника, а в случае напора последнего, отступают на свои места через интервалы первых двух шеренг, которые действуют дротиками и мечами.
Шестая шеренга - испытанных солдат, снабженных щитами и всеми родами наступательного и оборонительного оружия;
Кавалерия располагается на флангах, притом таким образом, что тяжелая примыкает непосредственно к пехоте, а конные лучники и легковооруженные всадники далее.
Первую шеренгу он лишил поддержки трех последующих и предоставил в рукопашной схватке биться самим по себе.
Сзадистоящие "лучники и вооруженные дротиками или копьями" в этом случае неспособны им помочь, и не имея ни соответственной выучки, ни нужного оружия для ближнего боя, все они будут непременно перебиты противником в первой же схватке, если вовремя не обратятся в бегство.
Пятая шеренга, состоящая из машин и метателей дротиков не сможет вести прицельную стрельбу через головы впередистоящих рядов, для этого тем придется как минимум сесть, а то и лечь, а в таком инертном положении воины не смогут остановить атаку.
Все же, способностям гладиаторов нашлось применение, и вне арены их услугами пользовались: нанимали телохранителями, учителями для индивидуального обучения фехтованию, и, возможно, в качестве наемных убийц.
Это подтверждается тем, что, в конце концов, он потерпел поражение у города Пестум от Красса, сумевшего навести порядок и добиться дисциплины в импровизированном войске, оказавшемся в распоряжении Рима еще до того, как на помощи ему прибыли вызванные из Испании легионы Помпея.
они не употребляли ни шлема, ни какого-либо метательного оружия, но зато имели при себе громадный щит, длинный, плохо закаленный меч, кинжал и пику;
Эти воины были хорошо обучены биться пешими и конными и имели великолепное вооружение.
Эти воины были намного хуже вооружены, чем дружинники и составляли основную массу задних шеренг фаланги, строя, который кельты применяли не менее широко, чем "цивилизованные государства" (Юлий Цезарь об этом не раз упоминает).
Первые ряды построения составляли воины-профессионалы, которые в рукопашном бою бились по той же схеме, что и греческие гоплиты.
Недаром в армии Ганнибала число наемников из этих племен, как в пехоте, так и в коннице, составляло большой процент.
Во II пуническую войну многие из этих племен воевали на стороне Карфагена, вступив наемниками в армию Ганнибала, но война была проиграна, и на правах победителей римляне оккупировали Испанию.
Иберийские и лузитанские отряды предпочитали не ввязываться в открытый полевой бой с римлянами, если в своем войске не имели кельтиберийских племен, а вели партизанскую войну, устраивая неожиданные налеты и засады на отдельные римские подразделения.
Большую часть войска любого германского рода или племени составляло ополчение, привлекаемое на случай крупного похода или обороны от нападения врага.
"У них было шесть тысяч всадников и столько же особенно быстрых и храбрых пехотинцев, которых каждый всадник выбирал себе по одному из всей пехоты для своей личной охраны: эти пехотинцы сопровождали своих всадников в сражениях.
Восточная Римская империя получила свое название от древней Мегарской колонии - Византии, на месте которой был основан город Константинополь, ставший столицей государства.
Еще до раздела, после поражения войск обеих частей империи под Адрианополем ( год), которое им нанесли вестготы, Феодосии (император Римской империи с года) лишившийся двух третей своего войска, набранного из разных районов Византии, чтобы восполнить потерю и оградить империю от новых нападений, стал активно привлекать на военную службу готов.
Колебалась численность того или иного рода войск, техническая оснащенность, национальный состав, но, как показывают сравнения описаний битв Прокопия Кесарийского (VI век) и Льва Дьякона (X век), византийцы за четыре столетия лишь стали больше внимания уделять коннице (очевидно, после войн с арабами), но из этого вовсе не следует, что пехота в Х веке пришла в упадок.
Император Лев (Пузыревский не уточняет, какой именно император Лев) сообщает о делении византийской армии по следующим родам: "Пехота должна была строиться в шеренг, причем первая линия, ввиду ее самостоятельности, делится на несколько частей, имеющих специальное боевое назначение.
Из этих людей человек получили приказ немедленно спешить к тому пункту, где римляне потерпят поражение, а остальные человек были предназначены для того, чтобы обойти пехоту неприятеля, как только она вступит в бой, и напасть на нее одновременно с двух сторон" (, т.
Фалангисты-дефензоры, в свою очередь, сами делились на щитоносцев, составляющих первую шеренгу и имевших на вооружении большие щиты (возможно, большой миндалевидный щит появился у византийцев в это время.
Позже такая форма распространилась как в Европе, так и на Руси) и облаченных в чушейчатые или ламелярные доспехи, надетые поверх кольчуг, и два - пять рядов копьеносцев, вооруженных круглыми щитами и доспехами попроще.
Копейный удар византийской фаланги происходил по уже известному читателю образцу, в рукопашной участвовали три-шесть шеренг.
Плотность строя не позволяла воинам активно использовать мечи, если только не предположить, что византийская фаланга была менее плотной, чем греческая или римская.
Длина холодного оружия ближнего боя позволяла задействовать в рукопашной не одну, а сразу две первые шеренги, но в любом случае, в строю основным оружием являлось копье и до массового боя на мечах и топорах дело доходило редко.
Прокопий описывает случай, когда воинов, заняв узкое место и построившись фалангой, отбивали конные атаки готов: "Здесь и остановились эти человек, тесно прижавшись друг к другу и построившись в фалангу, насколько это было возможно в таком узком месте.
Приведенные в бешенство грохотом щитов в этом узком месте и не имея возможности двинуться ни вперед, ни назад, лошади вставали на дыбы, а всадники не знали, что им нужно было делать с этой тесно сомкнувшейся группой людей, которые не колебались и не отступали, когда готы наступали на них, пришпоривая коней.
Назначение такого рода войск, как тергиститы, можно сравнить с назначением греческих пельтастов, составляющих задние ряды фаланги.
Если врагу удавалось миновать первую шеренгу катафрактариев, византийский кавалерист просто бросал копье и выхватывал ручное оружие, а затем мог вновь воспользоваться контосом.
Кавалеристу, непосредственно сталкивающемуся с врагом, необходима свобода действий, возможность наносить удары копьем на любую сторону от головы коня, контосом же можно было колоть только вперед.
Третья и четвертая шеренги кавалеристов, снабженные доспехами, были вооружены и имели ту же тактику боя, что и македонские димахосы.
Все кавалеристы (кроме "контосеров") владели луком и, в случае неудачной атаки, тяжелая конница, рассыпавшись, могла применить это оружие.
Федераты-варвары, поступившие на службу в римскую армию и обученные биться на византийский манер;
В описаниях сражений между византийской армией под командованием императора Цимисхия и русичами под предводительством Святослава ( год), которые оставил Лев Диакон, видна та же манера пехотной фаланги и конницы.
Диакон описывает несколько поединков под стенами Доростола: "Тогда Анемас, один из телохранителей государя, сын предводителей критян, увидя храброго исполина Икмора, первого мужа и вождя скифского войска после Святослава, сяростию стремящегося с отрядом отборных работборцев и побывающего множество римлян, тогда, говорю, Анемас, воспаленный душевным мужеством, извлек меч, при бедре висевший, сделал несколько скачков на коне в разные стороны (скорее всего, сбивая прицел вражеским стрелкам - В.
Но не мог умертвить: кольчужная броня и щит, которыми он вооружился от римских мечей его защитила.
Он сообщает только, что вандалы были исключительно всадниками: "Они не были ни хорошими дротикометателями, ни лучниками, не считали себя способными идти в бой в качестве пехотинцев, но все были всадниками, пользовались же, насколько это было возможно, больше копьями и мечами".
В книге Прокопия "Война с вандалами" привлекает внимание только один эпизод, описывающий сражение: "И то, и другое крыло войска вандалов занимали тысячники, каждый командуя своим отрядом, в центре же находился Цазон, брат Галимера, в тылу выстроилось войско маврусиев.
Еще раньше всем вандалам был отдан приказ не пользоваться в этом бою ни копьями, ни другим метательным оружием, а полагаться только на мечи (автор имеет в виду не пользоваться дротиками и стрелковым оружием.
) запретил им стрельбу из лука, как бесполезную трату времени: "Все готы получили строгий приказ во время сражения не пользоваться ни луками, ни каким-либо другим оружием, кроме копий".
Он не поворачивался таким образом, чтобы щит ему прикрывал спину, и не отклонялся в сторону, но стоял, как бы приросши к земле за своим щитом, сея правой рукой смерть и гибель, алевой расталкивая врагов, и громким голосом звал по имени своего оруженосца.
Гумилев, много и серьезно занимавшийся изучением истории этих народов, охарактеризовал ее так: "Основным оружием легковооруженного гуннского всадника был лук.
Этот всадник не может выдержать рукопашной схватки ни с пехотинцем, ни с тяжеловооруженным всадником, но превосходит их в мобильности.
По данному вождем сигналу отряд таких всадников бросался в атаку и легко сокрушал пехоту, вооруженную слабыми античными луками.
Они не принимали рукопашной схватки, но и не покидали поля боя, осыпая противника стрелами или ловя его издали арканами.
Тяжеловооруженный всадник, естественно, уставал быстрее легковооруженного и, не имея возможности достать его копьем, попадал в петлю аркана" .
Тактика любого кочевого народа заключалась в умелом использовании легкой конницы, осыпающей врага стрелами, и тяжелой которая добивала уже деморализованного и расстроенного противника в рукопашной схватке.
Разина уделяется определенное внимание этому вопросу, но маловероятно, что автор прав в том, что арабы имели тяжеловооруженную пехоту, способную сражаться в строю: "Арабы имели тяжелую и легкую пехоту.
На вооружении тяжелой пехоты были копья, мечи и щиты;
Пехотинцы, став на одно колено, прикрывались щитами от неприятельских стрел и дротиков, свои длинные копья они втыкали в землю и наклоняли их в сторону приближавшегося неприятеля.
Византийский император Лев, сообщая о войске арабов, упоминал одну лишь конницу, состоявшую из: ) всадников с длинными копьями, ) всадников с метательными копьями, ) всадников-лучников, ) тяжеловооруженных всадников
|
