Гетерохронность увлажнения Евразии в Средние века

Одновременно он поясняет, что его миссионерская деятельность была направлена на перекрещивание именно несториан, а что касается язычников, то он купил мальчиков в возрасте от до лет и крестил их в католическую веру . А ведь всего полвека перед тем они искали соглашения с римской церковью и спасли Европу, направив своим влиянием и советами главный удар не растраченных еще монгольских сил на Багдад, в "желтый крестовый поход", т. Католическая Европа отказала в поддержке ильхану Абаге, покровителю христиан, просившему у пап Климента IV в г. на престол Ирана вступил перешедший в мусульманскую веру сын Аргуна, Газан, ознаменовавший свое отпадение от древних монгольских традиций и Ясы тем, что он прервал формально вассальные отношения, которые связывали Иран с улусом великого хана. Сами Газан и Ульчжайту еще продолжали по традиции считаться со своими христианскими подданными, но при следующем государе, Абу Сайде, возникли такие стеснения христиан, что монгольско-несторианская община вынуждена поднять восстание, которое было жестоко подавлено. После этого в Иране и Средней Азии христианами остались только местные уроженцы, община которых была уничтожена Тимуром . страсти с религиозной окраской так разгорелись, что католики отказались считать схизматиков единоверцами, и это объясняет их глубокое равнодушие к восточным христианам, ставшим жертвой новой вспышки мусульманского фанатизма. Но выиграла от этого отнюдь не римская курия, не католические короли и даже не венецианская сеньория, а только средневековая географическая наука, ибо басни о царстве пресвитера Иоанна заменились трезвой и относительно верной информацией о монгольском улусе, содержащейся в "Книге о Великом Хаане". по жалобе даосской церкви хан запретил крещение китайцев, а молебны о его здравии приказал служить после даосской и буддийской служб. Несколько дольше держались несторианские монастыри в Уйгурии, но их никто не считал за царство пресвитера Иоанна. Значение христианства для них, видимо, заключалось не в том, чтобы устанавливать контакты с основной струей этой религии, а в том, чтобы противопоставить китайским культурным влияниям нечто весомое и равноценное буддизму. Гетерохронность увлажнения Евразии в Средние века. Истоки ритма кочевой культуры Срединной Азии. титул "гурхан" указывает, что он был вождем обьединения племен, а таким в указанное время был только монгольско-кераитский союз. Очевидно, для разгрома монголов оказалось достаточно татар, союзных с чжурчжэнями. Так, Палладий Кафаров, переведший "Тайную историю" с китайского перевода, дает такой вариант загадочной фразы: "Джамуха сказал: "Ныне, если мы остановимся у горы, то пасущие коней достанут юрты; Юань-Чао биши как памятник литературы //Сокровенное сказание. "Тайная история" излагает события так, как они приведены здесь (Сокровенное сказание. Найманы, ойраты, меркиты и татары были, видимо, приглашены как союзники, что показывает на характер войны: она возникла как гражданская, социальная, а не межплеменная. Именно поэтому продолжался раскол внутри племен: горлосский воин известил Чингисхана о сговоре против него, но это не расценено в источнике как предательство: этот воин просто выбрал сторону, на которой хотел сражаться (Сокровенное сказание § ). Этическая система монголов настолько отличалась от современных им представлений Китая и Европы, что часто возникали конфликты только из-за взаимного непонимания: то, что казалось монголам преступлением, для европейца было нормальным, и наоборот. Здесь приведена версия "Тайной истории" (Сокровенное сказание. Перебежчики были на обеих сторонах, но если к Чингисхану бежали пастухи-араты, то у Ванхана группировались благородные нойоны, например Алтаи, Хучар и даже брат Чингисхана - Хасар. Вот текст: "Ун-хан, Иван, царь христиан, правитель хуннских варварских племен, именуемых Крит (Кераит), взял жену из племени одного из китайских народов, называемых каракета (кара-китаи). Это сомнительно, ибо Рашид ад-Дин сообщает, что, по мнению найманов, "Кучлук обладал такой властью над дивами и пери, что выдаивал их молоко и приготовлял из него кумыс" ("Сборник летописей", т. он писал: "Так как страна греков и их церковь почти полностью вернулись к признанию апостольского креста и подчиняются распоряжениям его, представляется заблуждением, что часть не соглашается с целым и что частное откололось от общего" ( Тургенев Л. Мэн Хун, сановник в империи Сун, автор книги "Записки о монголо-татарах", написанной в г. В древности это государство было страной кыпчаков, но когда им завладели татары, то кыпчаки сделались их подданными. Цифры явно завышены, но соотношение их показательно: монголы составляли меньше трети этой армии, несмотря на поголовную мобилизацию населения. Проявление столь щепетильного отношения к источникам, восхваляющим победителей, и столь же ясного и безукоризненного отношения к людям и этносам, оказавшимся жертвами истории. О "людях длинной воли" как о людях "первого Рима", собравшихся во имя своего будущего на семи холмах, как и о первых сподвижниках Мухаммеда или о людях окружения Александра Невского, автор писал многократно. Более подробно картина взаимоотношений степных племен рассмотрена в книге "Древняя Русь и Великая степь" в главе "Деяния монголов XII в. По укоренившейся традиции не заниматься "мелочью" подробностей быта и "семейных" распрей монгольских племен, историки с первых же шагов видят в Чингисхане завоевателя и "императора степей". Автор на время упустил из поля зрения империю чжурчжэней Кинь (Цзинь), но только для того, чтобы вернуться к военным действиям, которые послужили причиной всех дальнейших военных походов монголов. : "Новое монгольское государство (Чингисхана) по сравнению с предыдущими раннефеодальными объединениями носило ярко выраженный феодальный характер. Завоевательные походы Чингисхана и его преемников против народов Дальнего Востока, Центральной Азии, Ближнего и Среднего Востока, Кавказа, Восточной Европы и других стран не только надолго затормозили прогрессивное развитие этих стран, но и привели к задержке подъема производительных сил и культуры самой Монголии. Десятки европейцев, персов, арабов, проехавших по Шелковому пути в ставку монгольского хана в этом и следующем столетиях, описали город. В этой полосе перемен лежит и закономерная изоляция Руси от международных отношений - как проигравшей вместе с Византией страной. Гумилев фиксирует внимание на как бы второй стадии интереса к царству Иоанна, уже после разочарования в помощи с его стороны в критические годы Пятого и Шестого крестовых походов. С изменением вероисповедания ханов Золотой Орды после -х гг. Уже утвердилось название "татары" для всех тюрко-монголов: собственно монголов, найманов, половцев и иных. Этим только подчеркивалось, что этно-политическое единство новой Евразии сложилось, и определение через этноним облегчало всем понимание ситуации как в Восточной Европе, так и на Среднем Востоке. Гумилева волновали кривые этногенезов, он был наблюдателем, но не моралистом, поэтому так часто он показывал изнанку каждого витка этнической истории. Вкусы и симпатии автора "Тайной истории" В многочисленных общих и специальных работах нет ответа на первый и самый важный вопрос: как произошло, что нищий сирота, лишенный поддержки даже своего племени, которое его ограбило и покинуло, оказался вождем могучей армии, ханом нескольких народов и победителем всех соседних государей, хотя последние были куда могущественнее, чем он ? В нашем кратком экскурсе мы пытаемся ответить на этот вопрос, ибо при панорамном рассмотрении истории Азии ясно, что исчезновение легенды о царстве пресвитера Иоанна и упадок несторианской церкви в пределах Монгольского улуса связаны с тем оборотом событий, которые сопутствовали возвышению Чингисхана. : Алтан дептер (Золотая книга) и Юань-час би-ши (Тайная история монголов) *. При подходе к аутентичному нарративному источнику личные качества и направление мыслей древнего автора имеют не меньшее значение, чем его социальная принадлежность или политическая ориентация. Если автор бездарен, то историку разобраться легко, но "Юань-час биши" - сочинение столь же гениальное, как и "Слово о полку Игореве", и очень трудно определить, куда клонит автор и какие поправки следует допускать, чтобы восстановить истинный ход событий. Впрочем, еще более важно установить жанр и политическую направленность самого сочинения, но и тут нет общего мнения, что видно из разных переводов заглавия книги: "Сокровенное сказание" и "Тайная история" . Владимирцов писал, что цель его - "сделаться заветным преданием дома Чингисхана, его историей, так как сказание действительно сокровенный источник рассказов о мрачных событиях, происшедших внутри одного рода, одной семьи, одной кости". Гаадамба считают, что идея автора сводится к обоснованию необходимости объединения монгольских племен и проповеди торжества феодализма над родовым строем. Мне представляется крайне сомнительным, чтобы автор "Тайной истории" разбирался в таких понятиях, как "феодализм" и "родовой строй" и даже "аристократия" и "демократия". В отличие от "Тайной истории" официальная история монголов, озаглавленная "Сборник летописей", имеет автора, биография которого хорошо известна. И вот посреди всех повседневных забот Рашид ад-дин получил повеление составить "историю монголов ", да такую хорошую, какой нигде не бывало. Концепцию он, вероятно, придумал сам: начать с сотворения мира, охватить страны франков и китайцев и увенчать это великолепное сооружение подробным описанием создания и расцвета монгольской империи, прославить Чингисхана и довести повествование до зенита - царствования его покровителя - Ульчжэйту-хана. Прежде всего надо отметить, что "Тайная история" в трактовке и изложении событий весьма отличается от истории официальной "Алтан дептер" ("Золотая книга"), монгольский текст которой не сохранился, но лег в основу "Сборника летописей" Рашид ад-дина и "Юань-ши" - китайской истории монгольской династии . Так, битва при Далан-балчжутах, по "официальной" истории, закончилась полной победой Чингисхана а по "Тайной" - поражением его, которым Джамуха почему-то не воспользовался. Похищение Бортэ у Рашид ад-дина описывается иначе, чем в "Тайной истории" . Казнь Джамухи у Рашид ад-дина приписана Эльчидай-нойону, который разрубил Джамуху на куски, а в "Тайной истории" Чингисхан стремится спасти Джамухе жизнь и лишь по настоянию самого Джамухи позволяет ему умереть "без пролития крови", т. Например, Джамуха в "официальной" истории изображен как беспринципный авантюрист, а в "Тайной" - как патриот и верный друг Чингисхана, которого только обстоятельства и интриги вынудили на борьбу, причем, даже находясь в стане врага, Джамуха больше заботится об интересах Чингисхана, чем о своих собственных (, , ). Обе писались в эпоху напряженной борьбы различных группировок внутри монгольской империи и, несомненно, отражали эту борьбу. Для того чтобы ответить на интересующий нас вопрос о направлении автора "Тайной истории", есть только один способ - разобрать источник по четырем линиям: ) хронологическая последовательность событий; "Тайная история" сообщает из этого периода лишь один факт: убийство Бектера Тэмуджином и Хасаром (§-) и ниже вскользь упоминает, что Тэмуджин подружился с Джамухой, когда ему было лет (§), т. Опорной датой является смерть старшего сына, Джучи-хана, который родился в год набега меркитов, благодаря чему вызвал подозрения в незаконном происхождении. тайджиутский плен, бегство из него, набег меркитов, контрнабег монголов, дружба с Джамухой и избрание в ханы - события, сгруппированные вместе, в промежутке между и гг. время, когда Тэмуджин из мелкого князька превратился в претендента на престол не только Монголии, но и всей Великой степи, время, являющееся ключом к пониманию всех последовавших грандиозных завоеваний, время перелома в социальных отношениях и психологии самих монголов - это время не отражено в "Тайной истории" никак. В этом случае тенденции обеих версий совпадают, но там, где событие описано (например, битва у Далан-балчжутах), версии диаметрально противоположны, и тут мы подошли к основной проблеме - направлению тенденции автора "Тайной истории" по отношению к главному действующему лицу - Тэмуджину Чингисхану. Прежде всего, необходимо отметить, что хотя автор "Тайной истории" использовал многие рассказы, предания и собственные воспоминания, они оказались им настолько творчески переплавлены, что единый план сочинения не претерпел никакого ущерба. Первая часть "Тайной истории" - родословие монголов - похожа на литературную обработку устного предания о предке Бодончаре, но вторая часть - юность Чингиса до первого его избрания в г. У Алак-Удура из племени меркит, обладающего стремлением власти и проявившего известную силу и величие, также ничто не получится. Можно думать, что подобные произведения были использованы автором "Тайной истории" как материал. Все это не вредит целостности произведения, так как изложение истории монголов, по-видимому, не входило в задачу автора, так же как не входило в его задачу прославление личности Тэмуджина. Отношение автора сказывается в словах матери Тэмуджина, гневно сравнивающей своего сына со свирепыми зверями и демоном (§-). Даже женщины - ханши - чувствуют, согласно "Тайной истории", отвращение к личности героя повествования. Контрнабег на меркитов дело рук Джамухи и Ванхана (§), битва при Далан-балчжутах была проиграна, битва при Койтене получила благоприятный оборот лишь вследствие распада античингисовской конфедерации; Травля меркитов, поголовное истребление татар, обращение в рабство кераитов и найманов он рассматривает как подвиги, и тут Чингисхан получает все то почтение, в котором было отказано Тэмуджину. Воззрения автора на Чингисхана, героя и вождя, вполне выражены словами: "Итак, он поставил нойонами-тысячниками людей, которые вместе с ним трудились и вместе созидали государство" (§). Чингис казнит нукеров Джамухи, предавших своего князя, и Кокочу, конюшего Сангума, бросившего своего господина в пустыне, и, наоборот, награждает Ная и Хаадах-баатура за верность его врагам, но их "природным государям". Но нам пока важно установить, что положительная трактовка Чингисхана связана, в глазах автора, с последовательным служением собственному войску, а отрицательная - с его личными качествами. Надо полагать, что дело обстояло не совсем так, как рисует нам автор "Тайной истории", тем более что он сам дважды проговаривается. В первый раз, когда Сорган-Шира и его семья спасают Тэмуджина от тайджиутов, они подчиняются только обаянию его личности, и второй раз Боорчу бросает отцовское хозяйство и идет за незнакомым ему человеком по той же причине. Автор написал эти этюды, желая восхвалить Боорчу и Сорган-Ширу, но тем самым он, незаметно для себя, бросил тень на свою концепцию, создание которой я отношу за счет уже неоднократно отмеченной тенденциозности "Тайной истории". Для полноты картины следует рассмотреть характеристики врагов Чингисхана: Ванхана и Джамухи, его детей: Джучи, Чагатая и Угедея и фактического преемника его власти, полномочного министра Елюй Чуцая. Автор с воодушевлением рисует нам образ рыцаря, верного в дружбе, умного, так как в его речи содержится вся диспозиция похода, от составления которой отказался Ванхан, воинственного и опытного. Успех похода, согласно "Тайной истории", был определен точным исполнением диспозиции Джамухи, что повторено автором ниже, в благодарственном слове Тэмуджина (§). Исследователи вопроса придавали решающее значение загадке, которую Джамуха задал Тэмуджину о выборе места для кочевья, и в этом они шли по пути, на который их подтолкнул автор "Тайной истории". Итак, мы видим, что автор "Тайной истории" опять проговорился, но все же таланта его хватало на то, чтобы внушить читателю версию, выгодную для его политической тенденции, смысл которой заключается в прославлении Джамухи, так как он "мыслью стремился дальше анды" (§). монгольскую историю с определенной точки зрения и привить им определенную политическую концепцию. Для того чтобы разобраться в направленности "Тайной истории", необходимо исследовать эпоху ее создания, т. Вот по этой причине следует отнестись с сомнением к бытующему ныне пониманию восхождения на трон Чингисхана как консолидации монгольских племен и феодалов под властью способного военного вождя. В какую сторону лгал автор "Тайной истории", или иначе: ради кого он тратил талант и силы? Этого достаточно для того, чтобы считать, что автор "Тайной истории" принадлежал к "старомонгольской партии". Но что до этого автору "Тайной истории"! Ему надо прославить древнюю монгольскую доблесть и изобразить кераитов и найманов беспечными, изнеженными хвастунами, чуть ли не трусами, за исключением некоторых богатырей, вроде Хадах-баатура (§§, , , ), обласканного за доблесть самим Чингисханом (§). Потому он замалчивает роль Эльчидай-нойона в казни Джамухи, ибо ему пришлось бы отметить, что этот друг Гуюка был также любимцем Чингисхана, а тогда созданная в "Тайной истории" концепция потеряла бы свою политическую действенность. По одному этому можно сказать, что "Тайная история" не могла быть единственным его произведением, но время и эпоха скрыли от нас остальные. Это поистине "Тайная история" - протест против официальной традиции, идеализировавшей личность Чингисхана. Автор поставил своей целью доказать, что не хан, а доблестное монгольское войско создало империю. Мы ничего не можем сказать о дальнейшей судьбе автора "Тайной истории", но нам невольно кажется, что он был среди тех нойонов, которые подбивали на переворот Отчигина в г. ) обе исторические версии, "тайная" и "официальная", дают искаженное представление о ходе событий, полны умолчаний и противоречий, до крайности тенденциозны и не восполняют друг друга; Потребность в компромиссе с покоренными соседями возникла лишь после объединения степи, где несториане составляли большинство населения. Это один из участников событий - князь джаджиратов Джамуха-сэчэн, лучший друг и главный враг Чингисхана. Этим способом можно исключить из рассмотрения двух основных источников "Сборника летописей" и "Тайной истории", из коих первый трактует всю канву событий как борьбу Чингисхана с врагами, а второй - как его взаимоотношения с друзьями. Соответственно, у Рашид ад-дина Джамуха только беспринципный авантюрист, причем непонятно, откуда у него появилась такая популярность, что % монголов шли за ним против Чингиса, а в "Тайной истории" автор вообще не может, да и не хочет свести концы с концами. Выше мы отметили необъяснимость поведения Джамухи в первых столкновениях с Чингисханом: отход после победы при Далан-балчжутах и разграбление народа, выбравшего Джамуху в ханы, после поражения античингисовской коалиции при Койтене. Напомним, что после первой удачи набега монголов и кераитов на найманского Буюрук-хана союзники были настигнуты главной найманской армией Коксеу-Сабраха. В результате же вместо укрепления дружбы между родственными и союзными племенами монголов и кераитов почему-то вдруг разразилась война, окончившаяся полным разгромом кераитов, несмотря на то что у них были численный перевес и инициатива. История этих событий у Рашид ад-дина и автора "Тайной истории" местами расходится довольно сильно , но что касается происшедшего на урочище Байдара-бельчир совпадает до мелочей. Если учесть, что для автора "Тайной истории" характерно стремление к психологизации, а для Рашид ад-дина - тенденция к поверхностному объяснению, но именно объяснению. то становится ясным, во-первых, что данный рассказ обладает двойным смыслом - то, что внутри, и то, что сверху, и, во-вторых, что мы можем даже проникнуть в глубокий смысл, ибо для автора "Тайной истории" не было никакой нужды вставлять этот рассказ, если бы его глубокий смысл не становился явным, хотя бы и не сразу, а по мере дальнейшего повествования. Что же касается Рашид ад-дина, то он, вставляя повествование об этой истории, хотел лишь подкрепить свое утверждение о склонности Джамухи "к лицемерию и злонамеренности". Рашид ад-дин специально сосредоточивает внимание на Гурин-баатуре, потому что тот для него - главное лицо описываемого события: нойон Ванхана обвиняет Джамуху в клевете и лицемерии. Мы узнаем, что было сражение Чингиса и Ванхана с найманами, что оно не закончилось и противники заночевали друг против друга, с тем чтобы назавтра снова взяться за оружие. А затем: "После этих речей Ванхан сошелся с Чингисханом в Тульском Темном Бору *, и они дали друг другу обеты отцовства и сыновства" . Ванхан делал это отнюдь не с радостью (но слово есть слово), и недаром мы потом находим у Рашид ад-дина рассказ о том, что Ванхан готовил впоследствии даже покушение на Чингиса . Слова Гурин-баатура проливают свет на одно обстоятельство, способствовавшее тому, что ни автор "Тайной истории", ни Рашид ад-дин так и не узнали истинной причины ухода Ванхана. Действительно, Гурин-баатур, честный, искренний, но недалекий воин, сказал (согласно Рашид ад-дину): "Такие лицемерные речи не подобает вести между друзьями и родичами" , или (по "Тайной истории"): "Зачем же ты из угодничества так бесчестишь и поносишь своих честных братьев? По Рашид ад-дину: "О хан ханов, ты ведь знаешь, мои старшие и младшие родичи подобны воробьям, что направляются с летнего кочевья на зимние пастбища;