Должности квестора он достиг благодаря Гелиогабалу

Учитель его Серен Саммоник, ближайший друг его отца, до такой степени был привязан к нему и любил его, что, умирая, оставил Гордиану младшему все книги своего отца Серена Саммоника, которых насчитывалось до шестидесяти двух тысяч. Должности квестора он достиг благодаря Гелиогабалу - вследствие того, что этому погрязшему в излишествах императору расхвалили разгульность молодого человека, которая, однако, не была связана ни с излишествами, ни с бесславием. Благодаря Александру он получил должность городского претора, исполняя которую, он так прославился разбором судебных дел, что был удостоен консульства, которое отец его получил поздно. Напротив, Дексипп полагает, что его сыном был Гордиан третий, который после этого еще мальчиком достиг императорской власти вместе с Бальбином и Однажды, когда старший Гордиан совещался о гороскопе сына с астрологом, последний, говорят, сказал, что тот будет сыном и отцом императора и сам будет императором. Когда старший Гордиан рассмеялся, астролог, как рассказывают, показал ему расположение звезд и, приводя слова древних книг, доказал, что он сказал правду. Все это, как говорят, старший Гордиан рассказывал впоследствии в Африке, будучи императором и еще ничего не опасаясь, и говорил о смерти своей и сына и о роде смерти. Считая, что нельзя оставить без внимания то, что я прочитал у Вулкация Теренциана, который также написал историю своего времени, я записал - так как это показалось мне удивительным, - что Гордиан старший чертами лица в такой степени напоминал Августа, что, казалось, был подобен ему также голосом, нравом и осанкой; После смерти двух Гордианов встревоженный сенат, еще сильнее опасаясь Максимина, провозгласил Августами бывших консулов Пуппиена, или Его унесли в сенат, затем поставили перед сходкой, облачили в императорскую одежду и объявили Цезарем. Когда после гибели Максимина были также убиты во время военного мятежа Максим и Бальбин, которые были императорами в течение двух лет, юноша Гордиан, бывший до тех пор Его любили за заслуги деда и дяди или отца, которые - оба - взялись за оружие против Максимина за римский сенат и народ, и погибли - один смертью воина, а другой вследствие стечения обстоятельств, вызванных войной. Двое из них взошли на Капитолий, когда там происходило заседание сената, и были убиты перед алтарем бывшим консулом Галликаном и бывшим военным начальником Меценатом. Возникло междоусобие, так как сенаторы были также вооружены, а ветераны не знали, что императорская власть принадлежит теперь одному только юноше Гордиану. После прекращения беспорядков в Африке, в консульство Гордиана (уже вторичное) и Помпеяна началась Персидская война. В это время, прежде чем отправиться на войну, юноша Гордиан взял в жены дочь Мизитея, ученейшего человека, которого Гордиан счел за его красноречие достойным своего родства и немедленно назначил префектом. Также - от Гордиана ему: "Император Гордиан Август Мизитею, отцу и префекту. Претекстата и Аттика Гордиан, открыв храм двуликого Януса (а это было знаком объявления войны) выступил против персов с огромным войском и таким количеством золота, что мог бы легко победить персов с помощью либо вспомогательных войск, либо своих воинов. Наконец, добились того, что персы, прихода которых боялись уже в Италии, после битв с Гордианом вернулись в свою страну, и Римское государство держало в своих руках весь Восток. Я привожу из него отрывок, откуда ты узнаешь истину: "После того, отцы сенаторы, что было сделано нами в пути, и всех тех дел, которые были совершены в разных местах и заслуживают отдельных триумфов, мы - чтобы в коротких словах рассказать многое - сняли с антиохийцев железное персидское ярмо, которое они уже носили на шее, и удалили персов и персидских царей вместе с их законами. После прочтения этого письма сенат назначил Гордиану четверку слонов за победу над персами, чтобы он справил персидский триумф, а Мизитею - упряжку из шести коней, триумфальную колесницу и такого рода надпись: "Мизитею, выдающемуся мужу, отцу государей, префекту претория, охранителю всего мира, восстановителю государства, воздали в свою очередь римский сенат и народ". Наследником его стало Римское государство, так что все, принадлежавшее ему, увеличило собой средства города Рима. После его смерти, в консульство Арриана и Паппа префектом претория на его место был назначен Филипп Араб, человек низкого происхождения, но надменный, который и при такой необычной и непомерной перемене в своей судьбе не сдержал себя и сразу начал, действуя через воинов, строить козни против Гордиана, который принял его на место, принадлежавшее раньше его отцу. Этим Филипп не ограничился: он пустил слух среди воинов, что Гордиан слишком юн и не может управлять империей, что лучше править тому, кто умеет управлять воинами и государством. Кроме того, он даже подкупил военачальников и достиг того, что стали открыто требовать, чтобы Филипп взял на себя императорскую власть. Сначала друзья Гордиана оказывали сильное сопротивление, но - ввиду того, что голод одолевал воинов, - власть была вверена Филиппу. Приняв на себя императорскую власть, Филипп стал держать себя по отношению к Гордиану очень высокомерно, а тот, сознавая себя императором и потомком императоров и происходя из знатнейшей фамилии, не мог выносить наглости этого человека низкого происхождения. Но, оставшись наедине и подумав о том, что - вследствие любви римского народа, сената, всей Африки и Сирии и всего римского мира к Гордиану, так как последний знатен, является внуком и сыном императоров и освободил государство, ведя тяжелые войны, - может случиться так, что когда-нибудь расположение воинов вновь вернется к Гордиану и ему будет возвращена власть, Филипп, воспользовавшись тем, что сильный гнев воинов против Гордиана, вызванный голодом, еще не остыл, приказал увести его, несмотря на его крики, снять с него все и убить. Гордиан был жизнерадостным, красивым, обходительным молодым человеком - всем он нравился, в жизни был приятен, отличался образованностью - словом, он обладал всеми данными, кроме возраста, чтобы быть императором. Наконец, и Филипп, умертвив его, не осмелился ни удалить его изображения, ни сбросить его статуи, ни стереть его имя, но называя его всегда божественным даже перед теми воинами, которые участвовали, в его интриге, серьезно и с неримской хитростью чтил Гордиана. Но это общее желание осталось неисполненным, так как Филипп предоставил всех этих животных для секулярных игр, зрелищ и цирковых игр, когда он - в свое консульство и консульство своего сына - справлял тысячную годовщину основания Рима. ) У Цирцезийского укрепления в Персии воины устроили Гордиану могилу с такой надписью на греческом, латинском, персидском, еврейском и египетском языках, чтобы все могли прочитать ее: "Божественному Лициний, который хотел, чтобы его считали потомком Филиппов, достигнув императорской власти, уничтожил, как говорят, эту надпись. и Марий Максим не посвятил отдельных книг Авидию, который был во времена Марка, и Альбину, и Нигру, бывшим при Севере, но включил рассказ о них в чужие жизнеописания.