Опасаясь чумы, спартанцы не пошли в Аттику

Сократ - "умеренность в удовлетворении чувственных потребностей", высокая личная нравственность, забота о душе. Если бы в наш "просвещенный век" удалось соединить подлинную демократию (быть может, в форме направляемой демократии) с высокой личной и, на ее основе, гражданской нравственностью! благо человека заключается в деятельности души, сообразной с добродетелью. Однако пора вернуться к истории Афинской демократии. В главе 7 мы проследили историю Афин до смерти Перикла в 429 году. Опасаясь чумы, спартанцы не пошли в Аттику, но осадили союзный Афинам город Потидею, который после двухлетнего сопротивления капитулировал. Афиняне не решились выступить на помощь осажденным и вообще первое время не предпринимали серьезных военных действий, занятые восстановлением порядка в городе, где эпидемия пошла на убыль. Из старинных аристократических семейств, до сей поры поставлявших руководителей Афинской демократии, не выдвинулся никто достойный этой роли. Я расскажу о нем подробно, поскольку именно Клеон наследовал Периклу в качестве руководителя Афин. Но прежде мне бы хотелось обрисовать атмосферу всевластных собраний народа в этот новый период истории Афинской демократии. Значительная часть граждан, присутствующих на Народном собрании, - лишенные определенных занятий неимущие горожане. В 422 году была поставлена комедия Аристофана "Осы". Но оставим Аристофана с его ядовитой критикой демократии и посмотрим, как развивались события после смерти Перикла. Сначала послы стараются оправдать участие города в Делосском морском союзе: "Наш союз с афинянами был заключен после того, как вы перестали участвовать в мидийской войне, а они остались, чтобы завершить борьбу. место сражения будет не в Аттике, как можно думать, а в тех странах, откуда Афины извлекают свои доходы. Афиняне получают деньги от союзников, и эти доходы еще умножатся, если они покорят нас. Отметим, что митиленцы рекомендуют Спарте изменить стратегию и вместо бесплодной осады города направить свои силы на разрушение Афинской империи. Обстоятельства принятия этого решения для нас особенно интересны, так как они ярко обнаруживают разницу отношения к вассалам империи Перикла и его преемника Клеона. В первый день обсуждения вопроса о наказании митиленцев Народное собрание Афин под его давлением приняло именно такое решение, но потом заколебалось и на следующий день собралось снова. "Поэтому мы не должны принимать безрассудного решения, положившись на безопасность, которую якобы дает смертная казнь, предотвращая преступления, и лишать наших мятежных союзников возможности как можно скорее искупить свой проступок раскаянием. Демосфен и его люди защищались отчаянно и сумели продержаться до подхода афинской эскадры, разбившей в морском сражении флот спартанцев. По условиям перемирия спартанцы согласились передать афинянам свои корабли на то время, пока их послы съездят в Афины и попытаются добиться мира. Если вообще нашим городам когда-либо надо примириться, то сделать это следует именно теперь, пока не случится что-либо непоправимое, что сделает нас навсегда не только врагами вашего города, но и личными вашими врагами, вы же лишитесь тех преимуществ, которые мы предлагаем теперь. Но афинский демос, подстрекаемый Клеоном, отклонил мирные предложения спартанцев. чем более Клеон уклонялся от похода, отказываясь от своих собственных слов, с тем большим рвением (как это обычно для толпы) афиняне настаивали, чтобы Никий передал свои полномочия Клеону, и кричали, что именно он должен плыть к Пилосу. их полководец Брасид быстрым маршем провел свои войска через всю Грецию и осадил город Амфиполь, расположенный на северном побережьи Эгейского моря. Находившаяся поблизости афинская эскадра не смогла отстоять город, и его жители приняли сравнительно мягкие условия капитуляции, предложенные Брасидом. После того, как его военная карьера рухнула, он решил посвятить себя написанию истории Пелопоннесской войны. Пожалуй, единственным залогом сохранения мира (со стороны Афин) были пацифистские настроения уставших от войны крестьян Аттики. Эти настроения ярко выражены в поставленной в том же 421 году комедии Аристофана Афины сохранили свой флот и империю (за исключением Амфиполя), показав на примере Митилены, что они еще достаточно сильны, чтобы держать ее в узде. Вместо направляющей руки первого гражданина Афинская демократия подпала под власть невежественных и безнравственных нуворишей, которые использовали свое влияние в собственных эгоистических целях. Мы вправе полагать, что неблаговидный в нравственном отношении пример поведения новых вождей демоса действовал развращающе и на всю городскую администрацию, и на рядовых граждан города. Таким образом, все три ответа на поставленные вопросы определяются, как мне кажется, одним обстоятельством - неблагоприятным изменением социального состава и нравственного облика населения Афин. "В тех демократических государствах, где решающее значение имеет закон, демагогам нет места, там на первом месте стоят лучшие граждане; как у тиранов огромную роль играют льстецы, так у описанной нами демократии - демагоги. И выходит так, что демагоги становятся могущественными вследствие сосредоточения верховной власти в полном объеме в руках демоса, они же властвуют над его решениями, так как народная масса находится у них в послушании". Дело в том, что хотя по календарю эти события имели место как раз в тот период истории Афинской демократии, к которому мы только что подошли, по своему смыслу и масштабам они ее опередили на добрый десяток лет. Афин, что пример афинян сыграл главную роль в охватившей всю Элладу вакханалии. В предыдущей главе было показано, как одновременно с разрушением традиционных нравственных устоев жизни Афинская демократия оказалась во власти честолюбивых и корыстных вождей демоса - демагогов. Земельная аристократия, еще так недавно занимавшая ключевые позиции в демократическом государстве, ненавидела и презирала новых лидеров. С ней была солидарна и та часть состоятельных граждан города, которую демагоги оттирали от кормила государственной власти. Однако идущие от времен Солона традиции демократического государственного строя в Афинах были еще очень прочны. Иногда в виде примера, соблазнительного не только для бедноты, но и для тех, в ком новообретенное богатство пробудило жажду власти, а иногда - принудительно, как в городах Афинской морской империи. Афинскую демократию уже демагогического толка. В результате такого генезиса партии демократов и олигархов во многих городах вели между собой борьбу "на равных". Такую возможность предоставила война между Афинами и Спартой. Демократы стремились заручиться поддержкой афинян, олигархи обращались за помощью к спартанцам. Государственное устройство Спарты в период Пелопоннесских войн нельзя назвать правлением аристократии или олигархии. Личное обогащение никого не привлекало, внешней торговли не существовало, в обращении находилась только медная монета внутреннего пользования, военной добычи спартанцы не брали, данью побежденных врагов не облагали. Их власть - наследственная и пожизненная - ограничивалась тем, что они принимали на себя верховное командование во время войны и следили за обеспечением безопасности на дорогах в мирное время. Тридцать человек ("геронты"), избирались народным собранием из числа граждан старше шестидесяти лет и оставались членами герусии пожизненно. Само народное собрание ("апелла"), куда входили все спартанцы, достигшие 30 лет, собиралось ежемесячно, но не имело права обсуждения каких-либо вопросов. Если афиняне поддерживали демократов, то Спарта, естественно, готова была оказать помощь их противникам. Обрисовав таким образом, в самых общих чертах политическую ситуацию ряда городов Эллады, "обогнавших" Афины на пути конфронтации демократов и олигархов, предоставим слово очевидцу.